Народное образование в Армении. Часть вторая.


1920-1990 гг.


Итак, как мы узнали выше, произошла «насильственная советизация Армении». Что же предприняли априори враждебно настроенные к армянам большевики в деле народного просвещения Армении? Мы будем большей частью обращаться к современным источникам, дабы избежать одностороннего взгляда на проблему народного просвещения и не подпасть под гипнотизирующее воздействие «лживой советской пропаганды».

Вид Еревана в 1920 г.

«Советская власть, с целью подчеркнуть в глазах народа «преимущество» новых «социалистических» порядков, считала важным развитие образования, культуры, науки. В СССР день за днём укреплялись деспотический сталинский режим, однопартийная система, но всё-таки, образовательная и культурная жизнь переживала ощутимый прогресс»[31]. Непостижимым образом образование и культура, вопреки сталинскому режиму (который, правда, установился чуть позже), вопреки Советской власти, уже с 1921 г. получили развитие и ощутимый прогресс в Армении и всех прочих республиках Союза, являясь, видимо, некой самостоятельной экзистенциальной сущностью. Как отмечается в процитированном источнике далее, как весь СССР, так и Армянская ССР, в 1920-х гг. были странами всеобщей неграмотности.

Добавим, что в дореволюционной России 76% населения старше 9 лет было неграмотным. Процент неграмотных в национальных окраинах бывшей Российской империи был ещё выше, катастрофически обстояло дело с грамотностью среди народов и этнических групп Средней Азии, Северного Кавказа, крайнего Севера и пр., где подавляющее большинство народных масс были лишены света просвещения.

К моменту установления в Армении Советской власти более 80% её населения было неграмотным. В связи с этим была поставлена задача проведения широкомасштабных культурно-просветительских работ среди народа. «Уже в сентябре 1921 г. за подписью А. Мясникяна был принят декрет «О ликвидации неграмотности в Армении» согласно которому все неграмотные и полуграмотные граждане обязаны были обучаться грамоте на родном языке. Для этого повсюду были организованы станции ликбеза. Но уровень последних был крайне низким и результативность работы не столь продуктивна. Ещё в 1926 г. в Армении насчитывалось 200 тыс. неграмотных» [32] – сообщается в современном историческом издании.

На что же опирался и чем руководствовался большевик А. Ф. Мясникян подписывая сей декрет: декретом «О ликвидации неграмотности в РСФСР» от 1919 г. подписанным большевиком В. И. Лениным и на практике применённым в России и его же словами что «в стране безграмотной построить коммунистическое общество нельзя», или же к этому его подтолкнули повстанческие действия С. Врацяна и его февральский «Комитет спасения»? Так или иначе, было организовано общество «Долой неграмотность», проведён учёт неграмотного населения республики и со дня установления Советской власти до начала первой пятилетки – 1928 г – была ликвидирована неграмотность у 80 тыс. человек взрослого населения; к началу первой пятилетки сеть ликвидации неграмотности насчитывала 651 учебный пункт с охватом 19 тыс. учащихся.

Александр Мясникян

Однако, несмотря на эти успехи, с массовой неграмотностью взрослого населения не было покончено. По данным переписи 1926 г. 71,4% от населения Армении в возрасте 16—39 лет было неграмотным. Согласно данным Наркомата просвещения, в 1927 г. в республике имелось более 190 000 неграмотных людей в возрасте от 16 до 39 лет. Ликвидация неграмотности такого большого числа людей, а также пресечение роста числа неграмотных за счет новых поколений, требовало трудоемкой и длительной работы [33].

В 1928 г. Наркомпросом Армении был составлен пятилетний план ликвидации неграмотности в республике: в течение пятилетки должна была быть ликвидирована неграмотность 215 100 человек, предполагалось завершить ликвидацию неграмотности в городах и рабочих посёлках. В первую пятилетку – 1928-1932 гг. – через сеть ликвидации неграмотности было пропущено более 500 тыс. человек. По данным переписи 1897 г. грамотных среди взрослого населения Армении было 9,2%, в 1926 г. – уже 38,7%, а перепись 1939 г. показала, что процент грамотных достиг 83,9%. Грамотность городского населения в то же время повысилась с 38,9% в 1897 г. до 91,9% в 1939 г. Таким образом, к 1939 г. через сеть ликбеза за все годы Советской власти прошло более 1 миллиона человек [34].

Однако, за всем этим внушительным количеством статистических данных современные армянские учёные мужи-историки склонны «диалектически» не видеть качества, что, следует заметить, вполне правомерный подход при научной постановке проблемы, чем не должны пренебрегать и мы, но делать это дОлжно не в целях формирования из большевиков идеологической дубинки для битья социализма, марксизма, ленинизма, коммунизма и прочих опасных для капитализма «измов».

«Для обеспечения школ педагогами в Александрополе (Ленинакан, Гюмри), Степанаване, Эчмиадзине и других городах открылись педагогические техникумы. В 1921-22 учебных годах в АрмССР было 506 общеобразовательных школ с 47 тыс. учащихся. В 1923 г. в Ереване и Александрополе были созданы рабфаки – для рабочих. В 1924 г. открылись семилетние школы также для сельской молодёжи. В этом же году в Ереване состоялся первый съезд учителей Армении.

Важным было решение о всеобщем начальном обучении принятое ЦК КП Армении 25 июля 1930 г. Однако во многих случаях борьба против неграмотности, строительство школ реализовывались лишь на бумаге – в действительности, будучи фальшивыми и ложными, тем более что школа была поставлена в марксистско-ленинские идейные оковы и лишена возможности демократического развития» [35].

Для читателя самым важным в приведённой выше цитате должно быть чёткое пояснение, данное в конце неё учёными мужами-историками, предоставляющими нам научную информацию без идеологической подоплёки очищенную от «фальшивого классового подхода» – всё объективно, в рамках национал-патриотизма и подлинной демократии. Естественно, были случаи формального выполнения поставленных задач, подгонки на бумаге не реализованных на практике планов; была лень и безалаберность взрослых неграмотных, которых обязывали учиться, была слабая подготовка педагогических кадров и множество других ошибок, трудностей и неудач в решении грандиозной сверхсложной и в первый раз в мире, в таких масштабах, реализуемой задачи. Современная официальная армянская историография все эти неудачи и ошибки объясняет двумя научно проверенными причинно-следственными факторами – большевистскими «марксистско-ленинскими идейными оковами» и отсутствием «демократического развития».

В истории развития культуры в Советской Армении можно различить два этапа: первый этап с момента установления Советской власти и до конца периода восстановления народного хозяйства (1921-1928 гг.); второй этап – годы предвоенных пятилеток с 1929 по 1940 гг. На первом этапе были проведены мероприятия по отделению школы от церкви, национализации культурных ценностей, принятие декрета об обязательной ликвидации неграмотности, создание условий подлинной доступности всех ступеней просвещения для детей трудящихся. На втором этапе осуществлялись мероприятия по полной ликвидации неграмотности, вводилось всеобщее обязательное обучение, создавалась система народного образования способная обеспечить народное хозяйство всеми необходимыми кадрами специалистов. Все процессы в школьном деле и народном просвещении происходившие в эти два начальных периода были фактической культурной революцией в Армении.

В первый же год установления Советской власти в Армении были упразднены бывшие приходские, частные и другие школы, всё их имущество перешло к новым организованным школам, руководство народным образованием было передано в руки государства. Были утверждены: список преподаваемых предметов, общая программа, из школьной программы был изъят закон божий, армянский язык стал государственным и преподавание его было обязательным во всех школах. Как государственный, армянский язык был принят ещё дашнакским правительством, которое первоначально сохраняло царские законы, а 26 декабря 1919 г. парламентом было принято решение признать армянский язык государственным.

Большевики, скованные «марксистско-ленинскими идейными оковами» и «водившие дружбу с турками против армян», зачем-то стали укреплять и развивать армянский язык вкупе с прочими парадоксальными для «оккупантов» и «врагов» социально-экономическими решениями и практическими действиями. Однако, как мы знаем из современных общественных наук, всё, что бы ни делали большевики, в конечном итоге приводило к «лишению возможности демократического развития».

Социально-политические права трудящихся в СССР были обеспечены на высоком для того времени уровне, что оказало влияние на развитие западного капитализма, которому вольно или невольно пришлось считаться с этим примером. Но современные «придворные историки» сокрушаются по «отсутствию демократии в Советском Союзе», живя ныне, по их мнению, при истинной демократии, находящей своё высшее проявление в буржуазном государстве обвенчанном с «армянским капитализмом», и чтобы этот счастливый брак длился как можно дольше пугают своих соотечественников «марксизмом-ленинизмом», «социализмом-коммунизмом» и историей СССР, обобщая эти понятия они выводят из их суммы «невозможность демократического развития».

Значительно большего времени потребовало создание материальной базы школы, при тяжёлом материальном положении страны принимались меры для изыскания средств на школьное строительство, большую помощь в строительстве школ оказывало сельское население республики, которое поддерживало политику Советской власти в области народного образования. В период с 1921 по 1928 гг. было построено и введено в действие 108 школ все в сельской местности с общим количеством ученических мест 13,8 тыс. человек [36]. В 1921-1922 учебном году в Армении имелось 506 школ с 47,7 тыс. учащихся, а в 1925-1926 учебном году – 758 школ с 76,9 тыс. учащихся[37].

С принятием первого пятилетнего плана развитие образования в Армении перешло на качественно новый уровень: основными задачами в области культурного строительства продолжали оставаться ликвидация неграмотности и осуществление всеобщего обязательного начального обучения; без разрешения этих задач нельзя было достичь общего культурного подъема трудящихся масс. В 1928 г. Наркомпрос Советской Армении, рассмотрев по поручению ЦК КП (б) Армении вопрос о введении в республике всеобщего обязательного обучения, принял план осуществления всеобщего обязательного начального обучения, согласно которому первым годом всеобщего обучения устанавливался 1928/29 учебный год, а последним— 1934/35 учебный год. К этому сроку намечалось завершить охват всех детей школьного возраста в школьной сети.

Для претворения в жизнь намеченных задач необходимо было преодолеть ряд серьёзных трудностей, характерных как для Армении, так и для большинства республик Союза. В первую очередь следовало ликвидировать разницу между охватом детей школой в городах и на селе. Вместе с этим для Армении, как и для всех восточных республик Союза, была характерна разница в охвате школьной сетью мальчиков и девочек. Преодоление этого пережитка положило начало раскрепощению женщины.

Пожилая женщина с детьми, 1960-е, Армянская ССР. Так одевались многие женщины в начале 20 века.

Большевики, гремя цепями «марксистско-ленинских идейных оков» и повсеместно удушая «развитие демократии», умудрились дать начало программе равноправия женщин в области замужества и семейных отношений, широкого вовлечения женщины в производственную и общественно-политическую жизнь, освобождения женщины от старых домашних хозяйственных забот. В 1920-х годах в Армении были предприняты первые шаги в этой области. В 1928 г. среди персонала рабочих и служащих женщины составляли 7,1% (в том числе в сфере просвещения – 32,4%). Это, конечно, небольшой показатель, но следует учитывать, что это было начало подъёма, а темпы развития были существенными. В том же году в партии женщин было 5%, против 2,6% в 1924 г.

Широко привлекались женщины к работе в государственные органы и вообще в работу Советов. В результате выборов 1927 г. в составе Советов женщин было 9,6% на селе и 10,2% в городе. Объясняя в частности такие показатели на селе руководство Армянской ССР отмечало:

«Здесь плотина уже прорвана, и крестьянка, постепенно, начинает участвовать в общественной работе»[38].

Спустя десятилетия в 1960 г. рабочих и служащих женщин было 37% от общего числа занятых в народном хозяйстве Армении, в здравоохранении – 82%, в просвещении – 56%, в аппарате государственного и хозяйственного управления – 38%. Из общего числа специалистов с высшим образованием 44% составляли женщины, из общего числа специалистов со средним специальным образованием – 58% [39].

Наряду с вышеуказанными проблемами в ходе проведения всеобщего обязательного обучения перед руководством Армянской ССР встала задача приравнять низкий культурный уровень национальных меньшинств, проживавших в Армении, к уровню коренного населения – армян.

Для начала всеобщего обязательного начального обучения в республике ощущалась нехватка школьных зданий. В течение первой пятилетки (1929-1932 гг.) было построено 383 школьных здания, из них 379 в сельской местности при активном содействии населения сёл республики. Во время проведения работы по осуществлению всеобщего начального обучения возникла новая инициатива трудящихся, организовавших общественный смотр всеобуча. В общественном смотре всеобуча принимали участие представители различных общественных организаций, работники органов народного образования, которые проверяли степень охвата детей школьной сетью, следили за тем, чтобы обучение действительно носило обязательный характер.

Библиотека и читальный зал в Нубарашене.

Общественный смотр всеобуча вскрывал на местах много недостатков, способствовал успешному осуществлению этого мероприятия, контролировал работу органов народного образования. В начале 1931 г. было отмечено, что более 98% детей школьного возраста охвачено в школах первой ступени. Осуществление всеобщего обязательного обучения в республике в объеме начальной школы было закончено к концу первой пятилетки, т.е. раньше, чем намечалось по пятилетнему плану.

Тем не менее, современная научная мысль, в лице армянских официальных историков, и общественное мнение, в лице части националистически настроенных граждан Третьей Республики Армении, основываясь на анализе нынешней историографии, утверждающей, что во многих случаях «строительство школ реализовывалось лишь на бумаге – в действительности, будучи фальшивым и ложным», вполне правомерно может скептически отнестись к «сомнительным успехам», расписываемым в советских источниках.

Тогда, следует принять и такую гипотезу, что сельское население Армении, составлявшее большинство, было совершенно лишено способности самостоятельно мыслить и адекватно воспринимать окружающую действительность, армянский рабочий и крестьянин не были заинтересованы в развитии образования, не испытывали жажды к просвещению, не стремились впустить свет знаний в разум своих детей. Коварные большевики ловко дурачили массу народа своими пустыми декларациями и декретами, причём обманывали народ не год и не два, а на протяжении десятков лет, и армянский народ был настолько глуп, слеп и инертен, что получал школы только на бумажках, покорно декламировал вслед за партией пустые лозунги об успехах в народном просвещении, в реальности продолжая прозябать во тьме и невежестве?

Армянские трудящиеся и прочие народы, проживавшие на территории Армении, были неспособны контролировать на местах реальное строительство и развитие школы для своих детей, неспособны были к инициативе общественного смотра всеобуча? Весь народ был настолько труслив, а большевики столь всевластны, что, обнаружив реальные нарушения, никто не мог возмутиться и подать голоса? Всех недовольных, видимо, расстреливали? Если это так, то в исторический процесс вторгается сверхъестественная сила, некий абсолют под названием большевизм, и мы целиком переходим в сферу иррационального, непознаваемого бытия. Либо для такой интерпретации истории есть другое, марксистское, классовое объяснение, что даёт больше оптимизма, чем невольно напрашивающийся определённый психиатрический диагноз.

Успехи в области введения всеобщего начального обучения позволили перейти к досрочному семилетнему обязательному обучению вначале в городах, а затем и в сельской местности. Если в 1927-1928 учебном году имелась 61 семилетняя школа, то в 1931-1932 учебном году было уже 246 семилетних школ, в 1933-1934 учебном году число их достигло 377. За это же время значительно сократилось число начальных школ. Переход к семилетнему обязательному обучению был в основном завершён в городах в годы первой пятилетки.

Школьники в Нубарашене

В период второй пятилетки (1933-1937 гг.) в Советской Армении было обращено большое внимание на осуществление семилетнего обязательного обучения в сельской местности. В сёлах Армении было открыто более 200 новых семилетних школ, к концу второй пятилетки в республике имелось более 500 семилетних школ, в которых обучалось более 140 тысяч детей. Рост числа семилетних школ в деревне сопровождался ростом числа средних школ в городах Армении. К концу второй пятилетки более 60% учащихся городов Армении приходилось на полные средние школы[40].

Таким образом, если первая пятилетка явилась пятилеткой осуществления в Армении обязательного всеобщего начального обучения, то вторая пятилетка и предвоенные годы третьей пятилетки явились периодом осуществления в Армении всеобщего обязательного семилетнего обучения и перехода к обязательному десятилетнему обучению в городах Армении. В 1940-1941 учебном году в Советской Армении имелось 1155 школ, большая часть которых была семилетними и средними школами с более чем 326 тысячами учащихся. В школах работали более 11 200 преподавателей.

«В 1945-1980 гг. были проведены определённые мероприятия в области народного образования республики, которые в реальности выразились в расширении школьной сети. Если в 1945 г. в Армении имелось 1173 школы разных типов с 250 тыс. учащихся, то в 1980 г. эти показатели соответственно составили 1500 школ и 600 тыс. учащихся. Постепенно был осуществлён переход к обязательному среднему образованию.

Однако школьные здания в Армении, в большинстве своём, качеством постройки, а также лабораториями и уровнем технического оснащения кабинетов не отвечали современным требованиям и существенно уступали в этом некоторым союзным  республикам»[41].

– поясняют нам суть дела в современном армянском лекционном пособии. И далее:

«В послевоенные годы получила развитие и система высшего образования в республике. Открылись новые вузы либо филиалы имеющихся в стране вузов в Ленинакане, Кировакане, а позже в Степанаване и Горисе. В 1980 г. в республике было 14 вузов, в которых училось 50 тыс. студентов по 100 специальностям. Расширилась также и сеть техникумов в республике. Их число достигло 70-ти.

Жизнь вузов была крайне политизирована. Большое внимание уделялось идеологии. В учебных программах всех вузов, независимо от их профессиональной направленности, обязательными предметами были: история СССР, марксистско-ленинская философия, научный коммунизм, атеизм и др. В то время как история Армении и другие национальные предметы преподавались только в обществоведческих отделениях – ограниченным количеством часов.

<…>Таким образом, в послевоенный период армянская культура достигла ощутимых успехов. Однако ж успехи могли быть ещё значительнее, если бы развитию культуры не препятствовала господствовавшая административно-командная система»[42].

Не прерывавшаяся в годы Великой Отечественной войны жизнь школы получила дальнейшее развитие в 1950-х гг. Были созданы общеобразовательные школы двух категорий: со сроками обучения в 8 и 11 лет (позже – 10 лет), не считая начальных школ, которые продолжили своё существование в поселениях с небольшим числом учащихся. В тяжёлые годы – 1941-1945, в Армении было построено 6 школ, в период четвёртой послевоенной пятилетки (1946-1950 гг.) построено и введено в действие 28 новых школ. Продолжила расширяться школьная сеть в сельских районах, с 1946 по 1959 гг. в сёлах было построено 72 школы, некоторые из них по инициативе и на средства колхозов.

В годы Великой Отечественной войны много подростков работали на производстве и в сельском хозяйстве, в связи с этим в первые послевоенные годы было обращено большое внимание на развитие сети вечерних школ, школ рабочей и сельской молодёжи, в которых могли получить образование рабочие и труженики сельского хозяйства. Этими же соображениями было обусловлено развитие вечернего и заочного высшего образования.

Здание Парекордзаган в Ереване, выделенное университетской профессуре и другим представителям интеллигенции

Во второй половине 1950-х гг. для более тесной связи школы с жизнью, с народным хозяйством, культурой в учебные программы были внесены ряд изменений и включены новые предметы. В школах были созданы мастерские, лаборатории, опытные станции, школьников стали отправлять на практические работы на промышленные предприятия, колхозы и совхозы (из сельских школ). Наряду с общеобразовательными предметами школьники приобретали практические знания, многие овладевали каким-нибудь ремеслом.

В период 1960-1970 гг. система народного просвещения продолжает своё развитие и совершенствование. Важнейшей задачей становится переход к всеобщему среднему образованию, начатый в годы восьмой пятилетки. Развитие народного просвещения в Армении в 1970-х гг. характеризовалось увеличением числа школ, в особенности средних. В 1970-1971 учебном году в республике имелось 1338 школ (из них средних – 729) с 627 600 учащихся; в этот же период в республике был в основном завершён переход к всеобщему среднему образованию. В 1988-1989 учебном году в Армении действовала 1371 школа, из которых средних школ – 1053, всего учащихся – 592 тыс., численность учителей – 54 тыс. человек.

Не будет ошибкой сказать, что развитие народного хозяйства Армении с первых лет её «насильственной советизации» имело революционный характер. Развитие отраслей хозяйства Советской Армении нуждалось в кадрах квалифицированных специалистов. Проблема с кадрами, в первые годы острая для всего СССР, требовала скорейшего разрешения и в Армении, где необходимо было, по сути, заново создавать сеть высшего и среднего специального образования.

Подготовка советских специалистов требовала времени и на первых этапах проблема с кадрами решалась при помощи привлечения уже имеющихся старых кадров к работе. Малое количество кадров в самой Армении требовало привлечения специалистов извне. Существенный вклад в развитие промышленности и сельского хозяйства внесли инженеры-техники и интеллигенция в целом, большая часть из которых доверительно приняли советскую ориентацию. Многие из этих специалистов получили высшее образование в школах России и Европы, приобрели свой опыт в этих же странах.

Первые шаги в направлении разрешения проблемы подготовки специалистов для народного хозяйства были сделаны в период 1921-1928 гг. – были созданы первые высшие учебные заведения, открыты несколько техникумов и рабфаков. Поначалу единственной кузней подготовки советских кадров с высшим образованием был Ереванский университет, открытый 31 января 1920 г. в Первой Республике и закрывшийся в конце того же года из-за тяжёлого положения в стране.

По приказу первого народного комиссара просвещения Армянской ССР Ашота Оганесяна «О реорганизации университета Еревана» 17 декабря 1920 г. университет был переименован в Народный университет и начал свою новую продуктивную жизнь. Ректором вновь открытого Народного университета был избран арменист, профессор Акоп Манандян. В Народном университете вначале имелось два факультета – обществоведения и естествознания.

Но уже с октября 1921 г. в университете было 5 факультетов: естествознания (впоследствии сельскохозяйственный), востоковедения, советского строительства, технический и педагогический. В 1921-1922 учебном году в Народном университете обучалось 490 студентов, а в 1926 г. университет дал первых выпускников. В марте 1922 г. был открыт медицинский факультет. По решению правительства республики 20 октября 1923 г. Народный университет был переименован в Ереванский государственный университет.

Согласно решению Совнаркома ЗСФСР на базе соответствующих факультетов Ереванского государственного университета были созданы следующие новые институты: Сельскохозяйственный, Политехнический, Торгово-кооперативный, Педагогический, Медицинский. До 1930 г. университет закончили 931 юношей и девушек, в их числе 47 инженеров, 279 агрономов и 13 врачей[43]. Второй высшей школой стала Ереванская консерватория, основанная в 1921 г. как музыкальная студия, а спустя два года реорганизованная в высшее музыкальное учебное заведение. Для подготовки кадров сельского хозяйства Армении и соседних республик в 1928 г. по решению правительства Закавказской федерации в Ереване был организован Закавказский зооветеринарный институт, в 1929 г. – животноводческий институт, в 1932 г. оба института объединились в Ереванский зоотехническо-ветеринарный институт.

К 1931 г. в республике уже имелось 8 стационарных вузов с общим числом студентов 3,4 тыс. человек. В 1940-1941 учебный год Советская Армения вступила с 9-ю высшими учебными заведениями, в которых обучалось 11 120 студентов. По данным всесоюзной переписи 1939 г. на каждые 10 тыс. населения Армении приходилось 86 учащихся техникумов (по СССР – 56) и 47 студентов вузов (по СССР – 36)[44].

За годы войны вузы Армении дали стране 3,8 тыс. молодых специалистов. В 1943-1945 гг. были созданы новые высшие учебные заведения – Русский педагогический институт, Институт физической культуры, Художественно-театральный институт в Ереване, Педагогический институт в Ленинакане (Гюмри).

В 50-е годы большое внимание было уделено расширению учебно-материальной базы вузов, оснащению институтских лабораторий современным оборудованием. Ряд вузов получил новые учебные корпуса. Во многих институтах были созданы научно-исследовательские секторы и проблемные лаборатории. К концу 1950-х гг. в республике имелось 11 вузов с 19,5 тыс. студентов. В тот же период произошёл определённый сдвиг в географии размещения вузов, если вплоть до конца 50-х гг. Ереван являлся фактически единственным вузовским центром страны, то в 1959 г. с созданием в Ленинакане (Гюмри) и Кировакане (Ванадзор) филиалов Ереванского политехнического института география высшего образования расширилась.

Высшее образование в Армении получило своё дальнейшее развитие в 1960-1970-х гг. В 1969 г. были открыты педагогический институт в Кировакане (Ванадзор), филиал Ереванского армянского педагогического института в Горисе, в 1972 г. – филиал Ереванского политехнического института в Дилижане. В столице республики был открыт институт Народного хозяйства, созданный на базе экономического факультета Ереванского государственного университета 16 апреля 1975 г. В 1976-1977 учебном году в Армении имелось 13 вузов и 55,5 тыс. студентов, а в 1988-1989 учебном году 13 вузов – 57,9 тыс. студентов.

Развитие среднего специального образования непосредственно связано с прогрессом экономической, культурной жизни страны. Подготовка специалистов со средним специальным образованием проходила в техникумах и училищах Армянской ССР. В 1921-1922 учебном году в Армении было 3 средних специальных учебных заведения с 268 студентами. В 1925 г. в 8 техникумах республики училось 1676 юношей и девушек. В результате перестройки системы высшего и среднего специального образования проведённой в 1928-1930 гг. резко возросло число средних специальных учебных заведений.

Уже в 1932 г. в Армении имелось более 40 техникумов, преимущественно промышленного и сельскохозяйственного профиля, с узкой специализацией. Индустриальные техникумы действовали в Ереване и Ленинакане, сельскохозяйственной направленности – в Каракилисе (Кировакан, Ванадзор), Ленинакане, Камо (Гавар), педагогические – в Ереване (в том числе и азербайджанский), Ленинакане, Степанаване, Вагаршапате (Эчмиадзин), медицинское, художественное, танцевальное училища имелись в Ереване.

В годы второй пятилетки сеть техникумов получила дальнейшее развитие. К 1940 г. в Армении имелось 62 техникума, в которых обучалось 8,9 тысяч человек. В дальнейшем многие из этих техникумов были укрупнены, часть закрыта, но в годы довоенных пятилеток задача по обеспечению отраслей народного хозяйства, культурных и государственных учреждений кадрами специалистов средней квалификации была, в основном, выполнена. За годы первой пятилетки техникумы республики дали народному хозяйству 3 тыс. специалистов, в период второй пятилетки — 5,8 тыс. специалистов и столько же за три года последней довоенной пятилетки. За все годы предвоенных пятилеток народное хозяйство Советской Армении получило 15 тыс. специалистов средней квалификации.

В послевоенное время число техникумов и училищ в Армении снизилось вследствие укрупнения и закрытия некоторых из них. В 1951 г. в республике было 44 средних специальных учебных заведения, в 1960 их число снизилось до 33. Однако при этом значительно возросло количество учащихся, если в 1940-1941 учебном году учащихся было 8 958 человек, то в 1955-1956 учебном году – 17 015 студентов 45. Это объясняется тем, что в годы Великой Отечественной войны на фронт ушло много добровольцев со средним специальным образованием и в дальнейшие годы повысилась потребность в специалистах среднего специального образования.

Время постепенно изменяло самый облик средних специальных учебных заведений Советской Армении, их характер и профиль. Наряду с учебными заведениями, готовящими специалистов по старым профессиям (педагогика, медицина, зооветеринария и др.) появлялись новые учебные заведения: профессионально-технические училища – радиотехническое, вычислительной техники, электронной техники и электроники и многие другие, в которых готовили кадры для соответствующих отраслей развивавшегося народного хозяйства.

В 1973-1974 учебном году число средних специальных учебных заведений выросло до 64 с 51 041 учащимся. За 1970-1976 гг. профессионально-технические училища подготовили 136,5 тыс. квалифицированных рабочих. За тот же период средние специальные учебные заведения выпустили 132 тыс. специалистов. На конец 1988 г. в Армении имелось 95 профессионально-технических учебных заведения, в которых обучалось 30,6 тыс. человек. На начало 1988-1989 учебного года в республике действовало 65 средних специальных учебных заведения со 47,1 тыс. студентов.

Главный корпус Ереванского политехнического института имени К. Маркса.

Подготовка специалистов для народного хозяйства происходила не только через вузы и техникумы. Важное значение в годы довоенных пятилеток приобрела подготовка специалистов для народного хозяйства через рабочие факультеты. Рабфаки были созданы в Армении в первые годы Советской власти. Вначале они выполняли функции подготовительных курсов для рабочих и крестьян, поступающих в высшие учебные заведения. Однако с течением времени характер рабфаков изменился.

В период индустриализации и коллективизации сельского хозяйства, когда резко возросла потребность в командных кадрах производства из числа, рабочих и крестьян, рабфаки не только готовили рабочую молодежь к поступлению в вузы, но и подготавливали кадры для различных отраслей народного хозяйства — партийных, советских, хозяйственных работников из числа передовых рабочих и крестьян, окончивших рабфаки. Эта новая роль рабфаков нашла свое отражение в «Положении Ереванского рабочего факультета», которое предусматривало, что рабфак подготавливает кадры для «общественной работы (кооперация, административно-хозяйственная работа, профсоюзная, сельская); для промышленности (на уровне средних технических кадров), а также для продолжения учебы в вузах»[46].

До начала первой пятилетки в Армении имелось всего два рабфака, в которых обучалось 192 человека. В конце первой пятилетки – 1932 г. – в республике имелось 11 рабфаков с общим числом 2650 слушателей. Рабочие факультеты существовали до 1941 г., с развитием сети техникумов и вузов, рабфаки постепенно свёртывали свою работу. Однако они сыграли большую роль в подготовке кадров специалистов для народного хозяйства из среды рабочих и крестьян. За годы первой и второй пятилеток рабфаки республики окончили сотни рабочих и крестьян; многие из них вернулись в колхозы и на производство, часть продолжала образование в институтах.

Для Советской Армении готовили кадры и в вузах центральных городов СССР – Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Екатеринославе (Днепропетровск), Тифлисе, Баку и др.), командированные туда учиться обеспечивались государственной стипендией. Для освоения отдельных специальностей использовались зарубежные вузы.

В 1920-х гг., когда ещё сильны были в СССР «марксистско-ленинские оковы», столь нелюбимые современными официальными армянскими историками, следуя классовому подходу, большевики отдавали предпочтение детям рабочих и крестьян в деле подготовки кадров и школьной учёбе. В высшей школе рабоче-крестьянское государство помогало детям пролетариата и крестьянства выплатой стипендий. Так, в 1925 г. только в вузах Москвы за счёт государства учились 47 студентов из Армении, а в 1926 г. в Москве проходили учёбу ещё 34 и в Ленинграде – 7 студентов. В самой Советской Армении большое число студентов училось по государственной стипендии[47].

В Советской Армении практически с самого начала утверждения Советской власти действовала учебная сеть для подготовки и повышения квалификации идейно-политических кадров. Подготовкой кадров для краевых политических, советских и хозяйственных органов занимались республиканские Партийные школы 1-й и 2-й ступени. Для республиканских органов готовила кадры Центральная партийная школа. В Тифлисе с начала 1923 г. действовал Закавказский коммунистический институт, в который каждый учебный год на учёбу из Армении направлялись рабочие кадры. По тому же профилю обучались студенты из Советской Армении в Московском, им. Свердлова, и Ленинградском коммунистических институтах и других учебных заведениях.

«Новые кадры сыграли важную роль в деле укрепления Советской власти в Армении, в возрождении разорённой промышленности и сельского хозяйства, в создании условий для формирования и развития армянской советской культуры»[48].

Так пишет Владимир Казахецян в своём труде 2006 года, прекрасно понимая, что культура, промышленность и сельское хозяйство не есть экзистенциальные сущности, способные по собственной воле и вопреки общественно-экономической формации волшебным образом прогрессировать и давать результаты. Современные официальные учёные пытаются нас убедить в обратном, согласно их пояснениям всё происходило вопреки Советской власти, некий абстрактный народ, закованный в «цепи марксизма-ленинизма», в непрестанной борьбе против «деспотического тоталитарного режима» строил школы и открывал институты.

Вопреки вселенским злодеям большевикам армянский народ развивал промышленность, сельское хозяйство и науку, оставаясь при этом вне классового развития общества всё той же неделимой идеальной абстракцией – единым народом. Однако у того же В. Казахецяна читаем:

«Успехи в кадровой работе означали реальные сдвиги для формирования рабочего класса и интеллигентской прослойки»[49].

Для национальной армянской буржуазии очень важен «классовый мир» и она успешно делает вид, что её – буржуазии – как будто бы нет, соответственно нет и пролетариата, есть только единая армянская нация с едиными устремлениями и мечтами. Независимо от желаний крупной армянской буржуазии развитие, либо в её случае упадок, общественного производства ведёт к формированию классов и, следовательно, не менее важным для крупной армянской буржуазии является крепкий сон классового сознания у работников наёмного труда.

«Благодаря восстановлению и развитию промышленности формировался рабочий класс Советской Армении, росло число рабочих и служащих. По данным 1928 г. их общее число составляло 50 тыс. человек, что было результатом деятельности Советской власти в предшествующие годы, так как в начале 1920-х гг. промышленной жизни почти не было»[50].

Именно во взаимосвязи с развитием экономики Советской Армении, с формированием и численным ростом основных для большевиков классов – пролетариата и крестьянства, и в не меньшей степени в тесной связи с теоретической основой («ужасных» и неприемлемых, для буржуазии, марксизма и ленинизма) практической деятельности большевиков строилось советское народное просвещение Армении.

Стойкий читатель, героически добравшийся до этих строк, вполне правомерно может предположить, что статья близится наконец-таки к долгожданному завершению. Итак, резюмируем: только Советская власть в полной мере дала армянскому народу свет просвещения и знаний, революционное развитие начальной, средней и высшей школы сделало возможным последующий прогресс во всех областях общественной жизни Армении, образование в СССР было бесплатным. Да здравствую великие Вожди пролетариата, Отцы народов и их всегда мудрые и гениальные решения! Слава КПСС!..

Можно было бы таким феерическим образом, примешивая к фактам хвалебные оды в наихудшем стиле какого-нибудь выхолощенного отдела пропаганды и агитации обкома КПСС, закончить наш скромный обзор. Однако автор данной работы вынужден будет огорчить как апологетов СССР, так и их антиподов антисоветчиков-антикоммунистов. Первые рисуют живописный рай на земле Советского Союза, вторые – сплошной ГУЛАГ, тьму и безнадёгу; это достойные и взаимодополняющие друг друга оппоненты, без устали толкущие воду в ступе.

Апологетика суть идеалистический, богословский подход к обоснованию чего-либо, что для нас изначально неприемлемо. Мы стараемся в меру знаний и умений придерживаться марксистских позиций, в этом тексте неоднократно поднимали тему объективного подхода к изучаемому вопросу и вряд ли поспешные обобщения вкупе с половинчатым обзором фактов соответствуют методу и системе философских, экономических и социально-политических взглядов развитых Марксом, Энгельсом и Лениным.

Наше заявление, что народное образование в СССР было бесплатным, уже, возможно, вызвало ответный условный рефлекс у апологетов капитализма, расчехливших свою антисоциалистическую дубину и готовых ринуться в бой. В равной степени такое заявление должно вызвать сомнение и у людей, разбирающихся в вопросе или привыкших проверять сомнительные утверждения самостоятельно.

Вопреки расхожему среди апологетов СССР обобщённому мнению о том, что образование в Советском Союзе было бесплатным, мы должны внести существенное уточнение. Образование в СССР не было бесплатным на всём протяжении существования Советского Союза. Рассмотрим этот важный и интересный аспект. Для этого обратимся к декретам и постановлениям Советского правительства, касающимся школьной жизни. Для нас также интересны первые постановления правительства РСФСР, так как в дальнейшем, после советизации, в Армении использовался опыт Советской России в деле народного просвещения с учётом местных особенностей. А в остальных случаях декреты СНК распространялись на все союзные республики.

В «Декрете Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов. О Единой Трудовой Школе Российской Социалистической Федеративной Советской Республики» от 1918.10.16 в статье 3 читаем: «Обучение в школе 1‑й и 2‑й ступеней бесплатное». Посещение школы 1-й и 2-й ступеней было обязательным для всех детей школьного возраста. Единая школа была поделена на 2 ступени: 1-я для детей от 8-ми до 13-ти лет (5-летний курс) и 2-я – от 13-ти до 17-ти лет (4-летний курс). В школе было введено совместное обучение мальчиков и девочек, было отменено преподавание в стенах школы того или иного вероучения и не допускалось исполнение обрядов культа.

Для практического проведения обязательного посещения школы детьми был разработан план школьной сети, проведён учёт всех детей школьного возраста, составлены сметы на постройку и оборудование школ, содержание личного состава, сметы по организации питания детей и снабжения их обувью, одеждой и учебными пособиями. Обязательное обучение вводилось немедленно всюду, где количество школ достаточно для обслуживания всего детского населения и где условия общедоступности образования имелись налицо.

«Для детей неграмотных, но по своим годам, не могущих быть принятыми в школы общего типа, должны быть организованы или особые занятия при Единой Школе или особые внешкольные занятия» – говорится в примечании к статье 4. В целом «Декрет о Единой Трудовой Школе» представляет собой крайне интересный исторический документ и рекомендуется к ознакомлению.

В «Декрете Совета Народных Комиссаров. О правилах приёма в высшие учебные заведения» от 1918.08.02 в пункте 5 говорится: «Взимание платы за учение в высших учебных заведениях Российской Социалистической Федеративной Советской Республики отменяется. Внесенная уже за первое полугодие 1918/19 учебного года плата подлежит возвращению». В том же 1918 году во всех учебных заведениях Советской России было введено обязательное совместное обучение учащихся обоего пола.

Таким образом, первоначально в Советской России было введено бесплатное обучение. Тем не менее, существовали в той или иной форме взносы в фонды учебных заведений. В «Декрете Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета. О воспрещении обязательного взимания платы во всех советских учебных заведениях» от 1921.10.27 в подтверждение этого читаем следующее:

«1. Воспретить обязательное взимание платы в какой бы то ни было форме во всех советских учебных заведениях (низших, средних и высших, в том числе специальных).

2. Воспретить оказывать в учебных заведениях какие бы то ни было преимущества тем учащимся, родители которых или заменяющие их лица облагают себя добровольно какой-либо платой в пользу учебного заведения.

3. Отказ в обучении или в приеме в учебное заведение за неучастие в добровольных взносах или иное нарушение §§ 1 и 2 настоящего постановления является преступлением по должности, за которое виновные лица из состава учебной администрации и педагогического персонала подвергаются строгой ответственности по приговору Народного Суда.

4. Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет предлагает всем Советским Республикам, находящимся в договорных отношениях с Р.С.Ф.С.Р., немедленно распространить настоящий закон на территории их Республик».

В отличие от представлений нынешних официальных учёных, большевики не были всемогущей силой и должны были считаться с объективной реальностью, в частности с экономическим состоянием Советского Союза, уровнем развития и финансовыми возможностями государства. В середине 20-х гг. Советское правительство вводит плату за обучение в школах 1-й и 2-й ступени, в техникумах, практических институтах и высших учебных заведениях расположенных в городах и поселениях городского типа. С 1927 г. плата сохранялась только в вузах (кроме рабфаков) и техникумах (кроме педагогических). Целью взимания платы за обучение было частичное решение финансовых трудностей системы народного образования.

При этом размер платы за обучение оговаривался целым рядом факторов: классовый статус ученика, его заработок или заработок его семьи и прочее. Серьёзных доходов учебным заведениям взимание платы с учеников не давало. К концу 1920-х гг. плата за обучение была отменена. Считаем важным привести с некоторыми сокращениями ряд решений и постановлений Советского правительства по этому вопросу, для более полного освещения проблемы.


Декрет ВЦИК и СНК РСФСР о порядке взимания платы за обучение в учреждениях Народного комиссариата просвещения. 22.3.1923 г.

1. Временно разрешается губернским исполнительным комитетам вводить плату за обучение в учебных заведениях в городах и поселениях городского типа на нижеследующих основаниях.

2. Плата за обучение допускается в школах I и II ступени, в техникумах, практических институтах и высших учебных заведениях.

Примечание. Плата за обучение не может взиматься в школах рабочих подростков, во всех профессиональных низших школах и учебных показательных мастерских, в педагогических учебных заведениях, за исключением тех, которые будут указаны в особой инструкции Народного комиссариата просвещения (ст.11), а равно во всех остальных учебных заведениях, не предусмотренных настоящим Положением (дошкольные учреждения, советские партийные школы и проч.). Правила взимания платы за обучение в высших учебных заведениях и практических институтах устанавливаются упомянутой инструкцией Народного комиссариата просвещения (ст. 11).

(…)

3. Наемные рабочие и служащие, имеющие право состоять членами профессиональных союзов, за изъятиями, указанными в ст. 4, вносят за обучение своих детей плату в размере, не превышающем 5 % их тарифной ставки, независимо от числа обучающихся детей.

4. От платы за обучение детей освобождаются:

а) красноармейцы, военные моряки, командиры, комиссарский и политический состав армии и флота;

б) инвалиды труда и войны;

в) крестьяне, подлежащие по закону освобождению от уплаты продналога;

г) учащиеся стипендиаты;

д) государственные пенсионеры;

е) работники просвещения, состоящие на службе в учреждениях Народного Комиссариата Просвещения, за исключением канцелярского и административно — хозяйственного персонала;

ж) безработные, зарегистрированные на бирже труда, имеющие право на пособие по социальному страхованию;

з) рабочие и служащие, тарифная ставка коих ниже учетверенного государственного тарифного минимума.

Примечание. От платы освобождаются также круглые сироты, оставшиеся по смерти лиц, перечисленных в ст. ст. 3 и 4 категорий.

5. В каждой школе устанавливается не менее 25 % бесплатных мест.

(…)

7. Рабочие и служащие, получающие содержание хотя и выше учетверенного государственного тарифного минимума (п. «з», ст. 4), но обремененные семьей, а также несостоятельные родители, не подходящие ни под одну из перечисленных в ст. ст. 3 и 4 категорий, могут быть освобождаемы от платы за обучение детей полностью или частично в порядке, предусмотренном ст. 8.

8. Освобождение от платы за учение и предоставление в необходимых случаях, льгот по ее внесению производится особой комиссией в составе представителя от местного отдела народного образования, одного представителя от местного межсоюзного объединения и одного от школьного совета данной школы. Председателем комиссии является представитель отдела народного образования. В поселениях городского типа, где нет отдела народного образования, председателем комиссии является один из членов исполнительного комитета.

9. Плата изымается заведующим школой или специально назначаемым лицом по четвертям года вперед.

Примечание. Для рабочих и служащих устанавливается ежемесячный взнос платы.

10. Суммы, поступающие от взносов за обучение, зачисляются в специальные средства данной школы согласно Постановления Совета Народных Комиссаров от 6 марта 1923 года».

Декрет ВЦИК и СНК РСФСР о дополнении к постановлению о порядке взимания платы за обучение в учреждениях народного комиссариата просвещения. 28.7.1924 г.

1. Рабочие и служащие, получающие заработок менее пятидесяти пяти рублей по первому поясу, пятидесяти рублей по второму поясу и сорока пяти рублей по третьему поясу, освобождаются от платы за обучение их детей в школах первой и второй ступени.

(…)

3. Рабочие и служащие, дети которых не обучаются в школах, не подлежат обложению специальным налогом на содержание школ путем регулярного отчисления от заработной платы.

Декрет ВЦИК и СНК РСФСР о взимании платы в высших учебных заведениях. 15.12.1924 г.

1. Во всех высших учебных заведениях Р.С.Ф.С.Р. установить плату за учение в следующих размерах:

а) Рабочие и служащие, а равно и лица, находящиеся на иждивении рабочих и служащих, заработок которых составляет в пределах первого пояса:

от 50 руб. до 75 руб. в месяц вносят плату в размере 25 руб. в год

» 76 » » 100 » » » » » » » 40 » » «

» 101 » » 150 » » » » » » » 60 » » «

» 151 » » 200 » » » » » » » 90 » » «

» 201 » » 300 » » » » » » » 150 » » «

» 301 » и свыше » » » » » » » 225 » » «.

б) Крестьяне, источником средств существования которых является исключительно сельское хозяйство, и лица, состоящие на их иждивении, вносят плату в размере от 15 рублей до 25 рублей, в зависимости от мощности и платежеспособности их крестьянских хозяйств, учитываемой комиссиями, предусмотренными ст. 3, на основании данных обложения этих хозяйств единым сельскохозяйственным налогом.

Примечание. Сельские кустари, не пользующиеся наемным трудом, приравниваются к крестьянам.

в) Лица свободных профессий, источником средств существования коих является личный труд не по найму (вольнопрактикующие врачи, члены коллегии защитников и т.п.), и лица, состоящие на иждивении их, вносят плату в размере 225 рублей, с тем, что комиссии, предусмотренные ст. 3 вправе повышать указанный размер до 300 рублей и понижать его (но не ниже 100 рублей), если ими это будет признано необходимым, в зависимости от размера заработка соответственных лиц.

г) Кустари, работающие в городах, не применяющие наемного труда, и лица, состоящие на их иждивении, вносят плату в размере от 25 до 50 рублей в зависимости от размера заработка соответственных лиц.

д) Лица, живущие на нетрудовой доход, вносят плату в размере не менее 225 рублей и не свыше 400 рублей в год.

Примечание 1. При определении размера заработка необходимо исходить из общей его суммы, как по основной работе в учреждении или предприятии, так равно и получаемой по совместительству в виде премии, сверхурочных и т.п.

Примечание 2. В пределах других поясов, кроме первого, сумма заработка, начиная с каковой происходит взимание платы, пропорционально уменьшается.

Примечание 3. При наличии обучающихся в высших учебных заведениях двух лиц, состоящих на иждивении одного лица, плата за каждого понижается на двадцать процентов, при трех лицах – на тридцать процентов, при четырех – на сорок процентов.

Примечание 4. При определении размера платы за обучение, взимаемой с рабочих, крестьян и служащих, для тех из них, кои обременены семьями, плата может быть понижена до пятидесяти процентов в зависимости от имущественного их положения и количества находящихся на их иждивении лиц.

2. Освободить от платы:

а) студентов, получающих государственные стипендии от Народного комиссариата просвещения Р.С.Ф.С.Р.

б) Студентов получающих стипендии от различных учреждений и организаций в размере, не достигающем 50 рублей в месяц.

в) Студентов, получающих указанные в п. п. «а» и «б» стипендии в 1923-1924 учебном году, но ныне снятых со стипендии.

г) Беднейших крестьян, освобождаемых от единого сельскохозяйственного налога, а также, находящихся на их иждивении, детей их.

д) Безработных, пользующихся правом на пособие в порядке социального страхования и не имеющих других источников дохода, а равно членов их семей, не имеющих самостоятельного заработка.

е) Красноармейцев, военных моряков и лиц командного, административного, политического, медицинского и ветеринарного состава рабоче-крестьянской Красной армии и рабоче-крестьянского Красного флота и детей их.

ж) Лиц, ведущих педагогическую, научно-педагогическую или научную работу в учреждениях по Народному комиссариату просвещения, а также детей их, находящихся на их иждивении.

з) Инвалидов войны и труда, получающих пособие от соответственных органов.

5. Плата за обучение вносится в сроки, устанавливаемые Народным комиссариатом просвещения совместно с Народным комиссариатом финансов.

(…)

6. Студенты, не внесшие платы, подлежат увольнению из высшего учебного заведения.

Декрет СНК РСФСР об изменении положения о взимании платы за обучение в учреждениях народного комиссариата просвещения. 20.12.1924 г.

1. Изменить ст. 2 и примечание к ней Положения о взимании платы за обучение в учреждениях Народного Комиссариата Просвещения от 22 марта 1923 года, изложив ее следующим образом:

«Плата за обучение и воспитание допускается в школьных учреждениях, детских садах и очагах (в городах и поселениях городского типа), в городских школах 1-й и 2-й ступени, в техникумах, практических институтах и высших учебных заведениях.

Примечание. Плата за обучение и воспитание не может взиматься в школах рабочих подростков, во всех профессиональных низших школах и учебных показательных мастерских, в педагогических учебных заведениях за исключением тех, которые будут указаны в особой инструкции Народного комиссариата просвещения, а равно во всех остальных учебных заведениях, не предусмотренных настоящим Положением (советские партийные школы и проч.). Правила взимания платы за обучение и воспитание в высших учебных заведениях и практических институтах устанавливаются упомянутой инструкцией Народного комиссариата просвещения.

Постановление ВЦИК и СНК РСФСР о взимании платы в учебных и воспитательных учреждениях. 24.1.1927 г.

1. Плата за учение временно сохраняется во всех высших учебных заведениях и техникумах, состоящих в ведении Народного комиссариата просвещения Р.С.Ф.С.Р.

Примечание. Плата за учение не взимается в коммунистических высших учебных заведениях, рабочих факультетах и педагогических техникумах.

2. Центральным исполнительным комитетам автономных республик, не имеющих губернского деления, а также краевым, областным и губернским исполнительным комитетам временно разрешается устанавливать взимание платы за учение и воспитание в учебных и воспитательных учреждениях, находящихся в их ведении.

Взимание платы за учение не допускается:

а) в школах первой ступени и в соответствующих группах школ семилеток и девятилеток и в детских домах, независимо от местонахождения тех и других;

б) в деревенских дошкольных учреждениях (детские сады, площадки, ясли);

в) в школах крестьянской молодежи;

г) в низших профессиональных школах всех типов;

д) в школах рабочих подростков (школах фабрично-заводского и конторско-торгового ученичества);

е) в учебно-показательных и кустарных мастерских и профессиональных курсах для рабочих при предприятиях;

ж) в советско-партийных школах, школах ликвидации неграмотности и малограмотности и других учебных заведениях политпросвета.

Примечание 1. В школах второй ступени, в соответствующих группах школ семилеток и девятилеток и других учебных заведениях социального воспитания повышенного типа плата за обучение в сельских местностях допускается для лиц, живущих на нетрудовой доход (занимающихся торговлей или владеющих промышленным предприятием).

Примечание 2. В детских домах всех типов и наименований, а также в медико-педагогических учреждениях как общее правило плата не взимается. В названных учреждениях допускается однако установление сверх штатного комплекта платных вакансий для детей рабочих, служащих и крестьян, причем количество платных вакансий не может превышать десяти процентов нормального штатного количества.

Размер платы за содержание, обучение и воспитание указанного контингента устанавливается советами народных комиссаров автономных республик, не имеющих губернского деления, а также краевыми, областными и губернскими исполнительными комитетами в размере, не превышающем действительной стоимости содержания таковых.

(…)

9. В каждом учебном заведении, где введена платность, должно быть, во всяком случае, не менее пятидесяти процентов бесплатных мест.

(…)

14. Все поступления от платы за учение в высших учебных заведениях и техникумах, находящихся на государственном бюджете, составляют специальные средства данного учебного заведения; плата за обучение и воспитание в учебных заведениях, находящихся на местном бюджете, расходуется в порядке, установленном соответствующими исполнительными комитетами с тем, чтобы не менее пятидесяти процентов средств оставалось в распоряжении данного учебного заведения.

(…)

17. С изданием настоящего Постановления взимание в учебных и воспитательных учреждениях каких-либо дополнительных сборов с родителей и родственников на обучение и содержание учреждений воспрещается.


Также в данном постановлении приводится широкий перечень лиц освобождаемых от платы за обучение.

В период 1923-1930 гг. Советская власть проводила мероприятия по повышению качества высшего образования и связи его с производством, вводилась производственная практика студентов. Последовательно улучшалось обеспечение преподавателей вузов. Систематизировалось назначение студентам государственных стипендий, и была введена в 1923 г. обязательная отработка государственных стипендий студентами.

Стипендиатам предоставлялось право выбора из всего числа вакантных мест учреждений и предприятий, куда их направлял Народный комиссариат труда. В 1926 г. были внесены ряд поправок и изменений в порядок возмещения расходов, понесённых государством на содержание студентов-стипендиатов. На отработку направлялись также учащиеся техникумов и курсов, приравненных к вузам. На вакантные места, которые могли быть заняты только лицами с высшим или техническим образованием, в первую очередь назначались государственные стипендиаты соответствующих специальностей.

Срок отработки рассчитывался из расчёта одного года работы за один год стипендии. При поступлении на службу стипендиаты получали заработную плату по занимаемой должности, все льготы, при командировании в отдалённые местности, сверх того срок их отработки в отдалённых местностях сокращался на одну треть.

Молодые репатрианты в Ереванском университете

В 1930-х гг. образование в СССР снова становится бесплатным. В августе 1930 г. выходит постановление ЦИК и СНК о введении с 1930-1931 г. всеобщего обязательного начального обучения повсеместно в СССР. Проведение всеобщего обязательного начального обучения с учетом дополнительных расходов по ликвидации неграмотности среди переростков и обязательной семилетке в промышленных городах и рабочих районах требовало на три года (1930/31‑32/33 г.г.) ориентировочно 3.600 млн. руб. (по всем источникам покрытия). На 1930-1931 учебный год было выделено 1.010 млн. рублей.

Правительствам союзных республик было поручено установить нормальное количество учащихся на одного учителя. С учётом важности и сложности задач, возлагаемых на учителей были проведены меры по улучшению их материального положения, учитель сельской школы снабжался промышленными товарами и продовольствием по нормам, установленным для промышленных рабочих. Для действительной возможности учиться детей малообеспеченных рабочих, батраков и бедноты снабжали письменными принадлежностями, обувью, одеждой, питанием, транспортом и т.п.

В том же 1930 году в октябре выходит постановление ЦИК и СНК «О материальном обеспечении учащихся высших учебных заведений, техникумов и рабфаков и о порядке направления на работу лиц, окончивших высшие учебные заведения и техникумы».

Практиковавшаяся до этого контрактация студентов отменялась и учащиеся всех высших учебных заведений и техникумов стали получать материальное обеспечение в виде стипендий. Студенты индустриально-технических, индустриально-сельско-хозяйственных вузов, физмат и географических факультетов вузов и др. учебных заведений в среднем получали 70 рублей, стипендия доходила до 130 рублей на последних курсах; учащимся сельскохозяйственных, экономических и педагогических высших учебных заведений в среднем выплачивали 65 рублей, максимум – 105 руб., и так далее по типам вузов, добавим лишь, что средняя стипендия студента вуза равнялась 50 руб., минимальная у первокурсников 1 разряда – 35 руб.

Учащимся техникумов в среднем платили 35 рублей, максимум – 80 рублей. Стипендией обеспечивались 75% студентов индустриальных и транспортных вузов, а также физмат и географических факультетов; в дневных сельскохозяйственных, педагогических и экономических высших учебных заведениях — 70%; в дневных медицинских высших учебных заведениях 60%; во всех остальных дневных высших учебных заведениях — 50% общего числа учащихся.

Число обеспечиваемых стипендиями учащихся в дневных индустриальных, индустриально-технических, транспортных, педагогических и экономических техникумах, а также в техникумах связи и индустриального земледелия должно было составлять 55%, в дневных сельскохозяйственных и медицинских техникумах — 50%, а во всех остальных дневных техникумах — 40% общего числа учащихся. В 1933 г. в порядок стипендиального обеспечения учащихся вузов, втузов и техникумов вносятся дополнения.

Стипендии повышаются в среднем на 5 рублей. Директорам разрешалось снимать со стипендии не успевающих по неуважительным причинам студентов, и не зачислять на стипендию материально обеспеченных успевающих учащихся, выдавая последним премии за высокие показатели учёбы из особого премиального фонда. За расходование стипендиального фонда не по прямому назначению виновных привлекали к уголовной ответственности.

Аспирантам вузов и втузов выплачивали стипендии от 200-250 руб. в месяц, особо выделяющимся в научной работе выплачивали 300 руб. в месяц; в научно-исследовательских институтах аспирантам-ассистентам выплачивали 300 руб. в месяц.

В 1934 г. были введены учёные звания (кандидат наук, доктор) и степени (ассистент, доцент, профессор).

В конце 1937 г. вводятся штатные должности и, вместо почасовой оплаты, должностные оклады для профессорско-преподавательского состава вузов. Так, профессор заведующий кафедрой, имеющий ученую степень доктора наук в зависимости от стажа получал от 1100 до 1500 руб. в месяц. Профессор доктор наук – 1000-1300 руб., старший преподаватель – 600-700 руб., преподаватель, не имеющий учёной степени – 500-600 руб.

В период 30-х годов правом на бесплатное обучение в вузах пользовались все граждане СССР обоего пола в возрасте от 17 до 35 лет окончившие полный курс средней школы.

С ходом индустриализации страны на производстве продолжала ощущаться острая нужда в специалистах. В сентябре 1933 г. выходит «Постановление ЦИК и СНК СССР об улучшении использования молодых специалистов», согласно которому все оканчивающие высшие учебные заведения и техникумы молодые специалисты обязаны были проработать в течение пяти лет на производстве, должны были обязательно пройти школу низшего административно-технического персонала (мастер, подмастер, сменный инженер и т.п.). Молодые специалисты направлялись на работу по своей специальности, категорически запрещалось использовать их не по специальности.

Окончивших техникумы не принимали в вузы при отсутствии у них трёхлетнего стажа работы на производстве, делая исключение для наиболее способных учеников по конкурсным испытаниям в вузах. Не менее половины молодых специалистов работавших в управленческом аппарате направлялись на производство, к ним присоединялись аспиранты ничем не проявившие себя в аспирантуре.

Это возмутительное для каждого современного буржуазного демократа «тоталитарное подавление свободы и прав личности» несколько смягчалось требованием от народных комиссариатов при переводе на предприятия специалистов, работающих в управленческих аппаратах и в аспирантуре, обеспечить внимательнейший подход к каждому из них в отдельности и создать максимально благоприятные условия для дальнейшего их роста на производстве.

Директоров предприятий обязывали обеспечить молодым специалистам благоприятные условия для их работы на предприятии путем организации им помощи для освоения производства со стороны старых специалистов, снабжения технической литературой, организации библиотек, консультаций и т.п., также от директоров требовалось немедленно начать подготовку к приему молодых специалистов, к их размещению на производстве, обеспечению квартирами и т.п.

Ну а в целях продвижения наиболее подготовленных опытных и талантливых инженеров, техников и администраторов на командные технические должности различных участков производства (мастер, начальник цеха, помощник начальника цеха, заведующий шахтой и т.д.), назначение на каждую такую вакантную должность производилось путём предварительной проверки соответствующих кандидатов, осуществляемой специальной аттестационно-испытательной комиссией, учреждавшейся на каждом предприятии под непосредственным руководством директора.

В 1940 году произошли значительные изменения в сфере предоставления среднего и высшего образования гражданам Советского Союза. 2 октября 1940 г. выходит постановление правительства СССР «Об установлении платности обучения в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях СССР и об изменении порядка назначения стипендий». Это постановление имеет довольно широкое хождение в сети интернет и активно используется с определёнными целями в определённых кругах. Ниже приводим полный текст приказа:

«Учитывая возросший уровень материального благосостояния трудящихся и значительные расходы Советского государства на строительство, оборудование и содержание непрерывно возрастающей сети средних и высших учебных заведений, Совет Народных Комиссаров СССР признает необходимым возложить часть расходов по обучению в средних школах и высших учебных заведениях СССР на самих трудящихся и в связи с этим постановляет:

1. Ввести с 1 сентября 1940 года в 8, 9 и 10 классах средних школ и в высших учебных заведениях плату за обучение.

2. Установить для учащихся 8-10 классов средних школ следующие размеры платы за обучение:

а) в школах Москвы и Ленинграда, а также столичных городов союзных республик — 200 рублей в год;

б) во всех остальных городах, а также в селах — 150 рублей в год.

Примечание. Указанную плату за обучение в 8-10 классах средних школ распространить на учащихся техникумов, педагогических училищ, сельскохозяйственных и медицинских школ и других специальных средних учебных заведений.

3. Установить следующие размеры платы за обучение в высших учебных заведениях СССР:

а) в высших учебных заведениях, находящихся в городах Москве, Ленинграде и столицах союзных республик, — 400 рублей в год;

б) в высших учебных заведениях, находящихся в других городах,- 300 рублей в год;

в) в высших учебных заведениях художественных, театральных и музыкальных — 500 рублей в год.

4. Плата за обучение вносится в соответствующие учебные заведения равными долями два раза в год: к 1 сентября и к 1 февраля.

Примечание. За первое полугодие 1940/41 учебного года плата за обучение вносится; не позже 1 ноября с. г.

5. Плата за заочное обучение в средних и высших учебных заведениях взимается в половинном размере.

6. Установить, что с 1 ноября 1940 г. стипендии назначаются лишь тем студентам и учащимся в техникумах, которые проявляют отличные успехи.

Председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР В. Молотов.

Управляющий Делами Совета Народных Комиссаров СССР М. Хломов.

Москва, Кремль. 2 октября 1940 г. № 1860».

ПРИКАЗ ВСЕСОЮЗНОГО КОМИТЕТА ПО ДЕЛАМ ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ ПРИ СОВНАРКОМЕ СОЮЗА ССР

О мероприятиях по выполнению Постановления Совнаркома СССР об установлении платности обучения в высших учебных заведениях и об изменении порядка назначения стипендий студентам.

В соответствии с Постановлением Совнаркома СССР «Об установлении платности обучения в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях СССР и об изменении порядка назначения стипендий» приказываю:

1. Директорам вузов установить строгий контроль за исполнением п.п. 3 и 4 Постановления Совнаркома Союза ССР от 2 октября с. г. о взносе платы за обучение студентами всех высших учебных заведений.

Студентов, не внесших в установленные сроки плату за обучение, отчислить из высших учебных заведений.

2. На стипендию зачисляются студенты, получившие на экзаменах не менее двух третей оценок «отлично», а остальные не ниже «хорошо».

Директорам высших учебных заведений с 1 ноября 1940 г. зачислить на стипендии:

а) студентов первого курса, принятых в институт без испытания как отличников средней школы, а также получивших на приемных экзаменах не менее двух третей оценок «отлично», а остальные — не ниже «хорошо»;

б) студентов, начиная со второго курса, получивших на весенней экзаменационной сессии не менее двух третей оценок «отлично», а остальные — не ниже «хорошо».

3. Студентам-стипендиатам, защищающим дипломный проект или сдающим государственные экзамены до 1 января 1941 г., сохранить существующие стипендии.

4. Зачисленных на государственную стипендию студентов из числа нуждающихся освободить от платы за обучение.

5. Допустить в высших учебных заведениях свободное посещение студентами учебных занятий по некоторым дисциплинам (не более одной трети от

дисциплин, предусмотренных учебным планом) с обязательным выполнением практических работ и сдачей всех экзаменов в установленные учебным планом сроки.

6. Предоставить студентам право перевода на вечерние и заочные отделения или в другой однотипный вуз с разрешения директора этого высшего учебного заведения.

7. Разрешить наркоматам студентов, окончивших вуз, но не сдавших государственных экзаменов или не защитивших дипломного проекта и изъявивших желание перейти на практическую работу, направлять на производство с предоставлением им права защиты дипломного проекта или сдачи государственных экзаменов в течение двух лет.

Председатель Всесоюзного Комитета по Делам Высшей Школы при Совнаркоме СССР

С. Кафтанов.

В вечерних учебных заведениях (вечерних институтах, вечерних отделениях институтов, вечерних техникумах и других вечерних специальных средних учебных заведениях), а также в 8-10 классах средних школ взрослых плата взималась в половинном размере.

В лётных и технических училищах и вузах Главного Управления Гражданского Воздушного Флота при Совнаркоме СССР бесплатное обучение, обеспечение стипендиями учащихся, а также дотации на питание и обмундирование сохранялись. Бесплатное обучение сохранялось и для слушателей военных факультетов высших учебных заведений, также сохранялся ранее существовавший порядок обеспечения их денежным довольствием и обмундированием.

Школы фабрично-заводского ученичества-обучения (ФЗУ или ФЗО) организованные в СССР ещё в первой половине 1920-х гг., получили широкое развитие в период индустриализации, с начала 1930-х гг. велось капитальное строительство школ ФЗУ и их материально-техническое оснащение. Выпускники школ ФЗУ и ремесленных училищ пополняли рабочий класс страны: городская и колхозная молодёжь становилась квалифицированными специалистами металлургами, химиками, горняками, осваивала другие сложные профессии, давала кадры для массовых профессий в угольной, горнорудной, металлургической промышленности, в строительном деле. С самого начала основания школ ФЗУ и ремесленных училищ образование в них было бесплатным и сочеталось с оплачиваемой работой на предприятиях, учащиеся в период обучения находились на иждивении государства.

В 1940 году 2 ноября выходит «Указ Президиума Верховного Совета СССР о государственных трудовых резервах СССР». Совет Народных Комиссаров получал право ежегодно призывать (мобилизовать) от 800 тыс. до 1 млн. человек городской и колхозной молодёжи мужского пола в возрасте 14-15 лет для обучения в ремесленных и железнодорожных училищах, в возрасте 16-17 лет для обучения в школах фабрично-заводского обучения. Все призываемые должны были пройти медицинское обследование, каждый призывник снабжался путёвкой в соответствующее учебное заведение и правом на бесплатный проезд по железной дороге до места учёбы.

Колхозы обязывались снабжать призываемых в ФЗО и ремесленные и железнодорожные училища верхней одеждой, обувью, двумя сменами белья, продуктами питания на время следования в пути до места назначения и предоставлять призванным средства передвижения для проезда до железнодорожной станции. Государственные резервы рабочей силы находились в непосредственном распоряжении СНК и не могли быть использованы наркоматами и предприятиями без разрешения правительства.

Все окончившие ремесленные училища, железнодорожные училища и школы ФЗО считались мобилизованными и были обязаны проработать 4 года подряд на государственных предприятиях с обеспечением им зарплаты по месту работы на общих основаниях. За самовольный уход из училища (школы ФЗО), а также за систематическое и грубое нарушение школьной дисциплины, повлекшее исключение из школы, в 1940 г. учащиеся подвергались по приговору суда заключению в трудовые колонии сроком до одного года.

Все эти несомненно суровые – «тоталитарные» – решения и постановления вызывают у натур, выросших в современных реалиях, яркие образы ГУЛАГов и серые обезличенные массы молодёжи в ватниках, покорно шагающие в школы ФЗО и военные училища по мановению перста «кровожадного диктатора».

Приложение к выше приведённым фактам теории экономического и социального развития народов СССР «вопреки» большевикам и Советской власти, вносит подтверждение в бытующее ныне мнение об антинародной и противоестественной для армянской, либо любой другой нации Советского Союза «сущности коммунизма». Подобное рассмотрение народного образования в СССР 1940-х годов в вакууме приводит к аффективным выводам и упрочнению идеалистической теории «развития вопреки Советской власти».

Стоит ли нам, однако, учитывать исторический процесс в целом, например начавшуюся в 1939 г. Вторую мировую войну? Опять же, если принимать версию о полном неведении Советского руководства о готовящемся нападении нацистской Германии на СССР (есть версии об обратном намерении), заключённый Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией от 1939 г. внёсший спокойствие в души наивных большевиков, прятавшегося под столом И. Сталина в день начала Великой Отечественной войны и т.д., то решение о введении платного образования, мобилизация в школы ФЗО остававшиеся при этом бесплатными, бесплатное военное образование и прочие мероприятия выглядят, по крайней мере, нелепо и конечные цели их становятся трудноуловимы.

Чего же тогда хотели такими действиями достичь большевики? Количественно увеличить рабочий класс? Принудительно обеспечить промышленность кадрами? Запустить руку в карман граждан с целью наживы? Расширить угнетение национальных республик? Отрезать народы Союза от знаний? Сделать массы тупыми ограниченными винтиками системы? Удовлетворить свои патологические наклонности уничтожения и разрушения?.. Если же исходить из предпосылок подготовки государства к войне, то мобилизация в школы ФЗО может рассматриваться как привитие потенциальным призывникам в армию технических навыков, овладение ими технической специальности, что одновременно удовлетворяет нужды промышленности и делает дальнейшее усвоение и использование военной техники такими призывниками более лёгким и успешным. Поощрение поступления молодёжи в бесплатные военные вузы и училища также носит черты широкой планомерной подготовки военных кадров.

В свете установления платного образования в СССР в 1940 году необходимо привести данные о средней заработной плате граждан и посильности с их стороны оплаты за обучение. Так, по данным статистического сборника «Труд в СССР» в 1940 г. по СССР среднемесячная заработная плата рабочих и служащих была 331 рубль, колхозников – 117 руб.; рабочие в промышленном секторе получали в среднем 324 руб. в месяц, рабочие на селе – 207 руб. Рабочие и служащие в Армянской ССР в 1940 г. получали в среднем 343 руб. в месяц, в Грузинской ССР этот показатель равнялся 333 руб., Азербайджанской ССР – 354 руб., РСФСР – 339 руб., Украинской ССР – 322 руб [51]. Напомним о размерах платы за обучение установленных в 1940 г.: в средней школе для учащихся 8-10 классов в столицах союзных республик 200 руб. в год, во всех остальных городах – 150 руб. в год.; в вузах столиц союзных республик – 400 руб. в год, в других городах – 300 руб.; в театральных, художественных и музыкальных вузах – 500 руб. в год.

Рассмотрим льготы на бесплатное среднее и высшее образование, которые были установлены Советской властью. Постановление «Об освобождении от платы за обучение учащихся инвалидов-пенсионеров и их детей и воспитанников детских домов» от 7 декабря 1940 г. гласило:

«Совет Народных Комиссаров Союза ССР постановляет:

1. Освободить от платы за обучение во всех средних и высших учебных заведениях инвалидов-пенсионеров и их детей в том случае, если получаемая ими пенсия является для них единственным источником средств к существованию, а также учащихся-инвалидов (слепых, глухонемых и других инвалидов), не получающих пенсии и направленных на учебу органами социального обеспечения.

2. Сохранить для воспитанников детских домов и детей, находящихся на патронате, бесплатность обучения в техникумах и 8-10 классах средних школ.

3. Сохранить для инвалидов-учащихся Ленинградского протезного техникума Народного Комиссариата Социального Обеспечения РСФСР — ранее существовавший порядок назначения стипендий.

Председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР В. Молотов.

Управляющий Делами Совета Народных Комиссаров СССР Я. Чадаев.

Москва, Кремль. 7 декабря 1940 г. № 2452».


В рамках «национального угнетения» большевики решили сохранить в национальных студиях при Московской государственной консерватории, Московском и Ленинградском театральных институтах бесплатность обучения и ранее существовавший порядок обеспечения учащихся стипендиями. Аналогичное решение распространялось на учащихся национальных групп Московского и Ленинградского хореографических училищ, а также на содержание учащихся в интернатах за счет государства.

Также вышли постановления:

Постановление Совнаркома СССР от 11 января 1941 г. N 70 «О сохранении бесплатности обучения и прежнего порядка назначения стипендии учащимся Московской аэросъемочной школы»

12 июня 1941 г. N 1539 «О сохранении бесплатного обучения и прежнего порядка назначения стипендий учащимся педагогических училищ, расположенных в районах Крайнего Севера».

2 июля 1941 г. N 1803 «Об освобождении от платы за обучение детей рядового и младшего начальствующего состава Красной Армии и Военно-Морского флота» (СП СССР, 1941, N 16, ст. 311).

Приказ Совета Народных Комиссаров СССР о введении платного образования в 1940 г. с большим воодушевлением используется националистами, антисоветчиками, охранителями капитализма и прочей антисоциалистической и антиинтернациональной братией в работе дискредитации социализма через прошлое Советского Союза. Введение платы за учёбу действовавшее в СССР в 1920-х гг. взято на вооружение правыми силами в несколько меньшей степени, в виду разных причин – неведения, отдалённости по времени, малого интереса и ограниченности знаний в массах о том периоде в сравнение со Сталинским и т.п.

Несомненно, и армянским националистам будет что, полезного для себя, извлечь из этой информации, если они, вдруг, пока ещё не в курсе. Это ли не дополнительный «аргумент» в тщательно выстраиваемую ими мозаику «национального гнёта», «большевистской колонизации Армении», «армянофобии Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина, большевиков, русских и т.д.»?

Думаем, что «луч света» непременно промелькнёт для армянских националистов, буржуазных национал-патриотов в приводимом ниже списке постановлений большевиков.

С 1942 г. Советское правительство выносит ряд постановлений, в которых платное образование отменяется для некоторых союзных республик, в первую очередь для среднеазиатских:

Постановление Совнаркома СССР от 15 октября 1942 г. N 1695 «Об освобождении в Киргизской ССР учащихся-киргизов от платы за обучение в 8 — 10 классах средних школ, в средних специальных и высших учебных заведениях и обеспечении стипендиями учащихся».

Постановление Совнаркома СССР от 15 октября 1942 г. N 1696 «Об освобождении в Таджикской ССР учащихся — таджиков и узбеков от платы за обучение в 8 — 10 классах средних школ, в средних специальных и высших учебных заведениях и обеспечении стипендиями учащихся».

Постановление Совнаркома СССР от 15 октября 1942 г. N 1697 «Об обеспечении стипендиями студентов учительского и педагогического институтов Якутской АССР».

Постановление Совнаркома СССР от 5 января 1943 г. N 5 «Об освобождении в Казахской ССР учащихся казахов, уйгур, узбеков и татар от платы за обучение в 8 — 10 классах средних школ, в средних специальных и высших учебных заведениях и обеспечении стипендиями учащихся».

Постановление Совнаркома СССР от 27 февраля 1943 г. N 212 «Об освобождении в Узбекской ССР учащихся узбеков, каракалпаков, таджиков, киргизов, казахов и местных евреев от платы за обучение в 8 — 10 классах средних школ, в техникумах и высших учебных заведениях и обеспечении стипендиями учащихся».

Далее идёт особо важный для армянских националистов момент:

Постановление Совнаркома СССР от 27 февраля 1943 г. N 213 «Об освобождении в Азербайджанской ССР учащихся азербайджанцев и армян от платы за обучение в 8 — 10 классах средних школ, в техникумах и высших учебных заведениях и обеспечении стипендиями учащихся».

Постановление Совнаркома СССР от 19 марта 1943 г. N 302 «Об освобождении в Туркменской ССР учащихся туркмен, узбеков и казахов от платы за обучение в 8 — 10 классах средних школ, техникумах и высших учебных заведениях и обеспечении стипендиями учащихся».

Постановление Совнаркома СССР от 15 мая 1943 г. N 528 «Об освобождении от платы за обучение и обеспечении стипендиями студентов Кабардино-Балкарского педагогического института».

Как видим, соответствующего постановления для Армянской ССР нет, во всяком случае, нам такого решения найти не удалось, мы перечислили все найденные нами постановления об отмене платы за обучение для союзных республик. Армянская и Грузинская ССР в этих постановлениях не фигурируют.

Для армянских националистов это определённо означает, что антиармянская политика большевиков и русских налицо. Хотя плата за обучение для армян, проживавших в Азербайджанской ССР, была отменена в равной степени, как и для азербайджанцев, но этим, думается, в националистической формуле можно будет смело пренебречь. Ведь это никак не мешает азербайджанским националистам в свой черёд винить во всех своих бедах русско-армянских большевиков, советско-армянское угнетение и т.п.

Правда, здесь возникает одно противоречие – монополией на эксплуатацию приведённых выше постановлений широко пользуются русские националисты, ибо в этих решениях большевиков несомненным для них фактом является угнетение и дискриминация русского народа, за счёт которого «всяким чёрным» вводили поблажки и бесплатное образование, а «паразитические союзные республики» отстраивались и развивались опять же за счёт русского народа и ресурсов России.

Возможно, обиженным большевиками националистам стоит организовать межнациональный съезд националистов и там решить все противоречия, выяснить, кто кого угнетал и за чей счёт жил? Определить, наконец, самых обиженных большевиками националистов, самую пострадавшую от «марксистско-ленинских оков» нацию и наметить общую межнациональную националистическую программу развития и взаимодействия наций, дабы проложить путь прогресса для всего человечества.

В этом есть рациональное зерно, ибо как сказал великий армянский философ и основоположник классической националистической родовой армянской идеологии: «Нога в ногу идут патриотизм и человеколюбие. Только националист может любить и человечество». Однако диалектика взаимодействия «здоровых национализмов» не исключает опасности того, что межнациональный съезд националистов, не успев толком начаться, закончится кровавым побоищем, в котором будет выясняться основной вопрос: чей национализм «здоровее»?

В 1943 г., после Сталинградской битвы, положившей начало коренному перелому в войне, выходит постановление Совета Народных Комиссаров «О размерах и порядке назначения стипендий в высших учебных заведениях и техникумах и об освобождении студентов от призыва в Красную Армию» от 15 сентября 1943 г. С 1 сентября 1943 г. устанавливается стипендия для всех успевающих студентов промышленных и транспортных вузов в размере от 160 до 315 рублей. Для успевающих учащихся техникумов выплачивается стипендия от 100 до 200 рублей.

Аспиранты получают от 600 до 700 рублей стипендии. В пунктах 4 и 5 постановления читаем:

«4. Распространить Постановление Совнаркома СССР от 10 февраля 1943 г. «Об улучшении питания студентов высших учебных заведений» на учащихся техникумов (средних специальных учебных заведений).

5. Освободить от призыва в Красную Армию:

а) студентов всех курсов высших учебных заведений, перечисленных в приложении № 3;

б) студентов предпоследнего и последнего курсов всех остальных высших учебных заведений;

в) учащихся всех курсов техникумов, перечисленных в приложении № 4;

г) учащихся последних курсов всех остальных техникумов».


Плата за обучение в той или иной степени взимается вплоть до 1956 г., когда выходит «Постановление Совета Министров СССР об отмене платы за обучение в старших классах средних школ, в средних специальных и высших учебных заведениях» от 06.06.1956 г.:

«В целях создания наиболее благоприятных условий для осуществления в стране всеобщего среднего образования и получения молодежью высшего образования отменить с 1 сентября 1956 г. плату за обучение в старших классах средних школ, в средних специальных и высших учебных заведениях СССР».

Бесплатным образование в СССР оставалось в период от 1956 г. до развала Советского Союза. С 1983 г. все учащиеся общеобразовательных школ СССР стали получать учебники бесплатно. Однако результаты выборочного обследования, проведенного в декабре 1988 г. показали, что в школах и особенно в национальных, зачастую не хватало учебников по отдельным предметам.

Следует отметить, что в СССР уделялось внимание созданию школ для детей с недостатками умственного или физического развития, так в 1988-1989 учебном году по всему Советскому Союзу было 2800 таких специализированных школ с 575 тыс. учащихся, в Армянской ССР в этот же период имелось 30 школ с 4 494 учащимися.

В 1988-1989 учебном году 78% от общей численности студентов (2119,3 тыс. чел.) дневных отделений вузов по СССР получали стипендию. В Армянской ССР в 1980-1981 учебном году 73% от общей численности студентов (31,4 тыс. чел.) дневных отделений вузов получали стипендию, в 1985-86 и 1988-89 гг. соответственно 76% (28,6 тыс. чел) и 74% (29,2 тыс. чел.) [52].

В завершение нашего обзора отметим, что в республиках Закавказья Советской властью большое внимание уделялось развитию культуры национальных меньшинств. Так, в Армении в первые годы Советской власти 98% курдского населения занимались животноводством и вели в основном кочевой образ жизни. В 1922-1925 годах правительством Закфедерации, ЦИК и СНК Армянской ССР был принят ряд важных мер, направленных на переход курдов к оседлому образу жизни.

С этой целью им были выделены удобные земли, в том числе орошаемые, выдавались долгосрочные кредиты, сельскохозяйственные орудия, им помогали всем необходимым для занятия земледелием. В результате только за 1928-1929 годы 2150 кочевых хозяйств устроились в шести селах Ленинаканского и Эчмиадзинского уездов Армении и начали заниматься сельским хозяйством. В Талинском районе создались целые курдские поселения — Сабунчи, Баяз и Зорба. Были выделены также средства для культурного обслуживания курдского населения.

В 1922 году при Наркомпросе Армении было создано бюро национальных меньшинств, которое провело большую работу по открытию массовых школ на родном языке, по ликвидации неграмотности и так далее. Курдовед А. Казарян (Лазо) в 1921 году разработал курдский алфавит, на котором был издан первый курдский букварь «Шамс». В 1921-1922 годах открылось 8 курдских школ, где обучалось около 300 детей.

«Советский общественный строй, — говорил проживавший в Париже курдский племенной вождь Кямалбей Бадрхан, — быть может, не дал ни одному народу таких исторических благ, как курдскому народу. Он дал слово нашим немым детям, он открыл глаза нашей слепой мысли, он зажег факел нашей цивилизации, он дал возможность и средства войти нам в число цивилизованных народов… Отныне курдская нация не умрет. Слава Советской власти — знаменосцу цивилизации!».

В 1929 году Араб Шамилов и Исаак Моргулов создали новый курдский алфавит на латинской основе. Созданный при ЦИК Армянской ССР Комитет нового курдского алфавита развернул активную просветительную деятельность среди курдов. Большая работа проводилась партийными организациями по подготовке педагогических кадров для национальных школ. Так, в Тифлисе и Эривани (Ереване) действовали десятимесячные курсы по подготовке кадров для курдских школ; кадры для ассирийских школ готовились в Тифлисе и Армавире. Росло число студентов-нацменов, обучавшихся в высших учебных заведениях. В 1928 году для них был создан специальный стипендиальный фонд.

В 1922 году усилиями наркомпросов Армении и Грузии были подготовлены и изданы учебники на родном языке для ассирийских школ. В 1923 году по соглашению правительств Азербайджана и Армении учебники для азербайджанских школ Армянской ССР печатались в Баку, а для армянских школ Азербайджанской ССР— в Эривани. Количество азербайджанских школ в Армении возросло с 65 в 1925 году до 215 в 1934-м. В начале первой пятилетки в Армении было 11 курдских школ, в 1934-м их стало 38 [53].

Такие мероприятия армянских большевиков в поддержку и развитие культуры национальных меньшинств Армении не могут вызвать одобрения у современных национал-патриотов. Бытует мнение, что только разрушение Советского Союза спасло Армению от «засилья инородных элементов, безудержно размножавшихся в республике и грозивших вытеснить коренное население из Советской Армении».

Что на сей счёт говорит статистика? Согласно всесоюзной переписи населения 1989 года в Армянской ССР проживало 3 288 000 человек, в Ереване проживало 1 200 000 человек. Однако данные переписи по Армянской ССР, проводившейся через месяц после Спитакского землетрясения, уже в те годы рядом специалистов оспаривались как неверные и заниженные, с учётом массовых миграций и перемещения населения как внутри, так и за пределы республики, установить точные данные для сотен тысяч людей было просто невозможно.

Специалистами демографами позже приводились цифры в 3 304 766 человек, согласно данным «Демографического ежегодника СССР» за 1990 год. Если в данных переписи за 1979 г. по Армянской ССР проживало 160 841 азербайджанцев, курдов – 50 822 и армян – 2 724 975 человек, то в 1989 г. численность азербайджанцев по официальным данным была – 84 860 человек, однако фактически следует вычесть не менее 70 тыс. азербайджанцев, формально числившихся проживавшими в Армении к январю 1989 г., и учесть, что в 1988-89 гг. в Армению перебралось не менее 350 тыс. беженцев из Азербайджана и Абхазии, переселенцев из Грузии.

В том же 1989 г. курдов в Армянской ССР насчитывалось 56 127 человек, самих армян официально – 3 083 616 человек. В 1960-1970-х гг. Армения по уровню рождаемости шла сразу за «мусульманскими» республиками СССР, в 1940 г. занимала первое место по рождаемости среди союзных республик. Но, всё-таки, считается что «шло планомерное вытеснение коренного населения в Армянской ССР».


Заключение


Современная Республика Армения давно избавилась от «марксистско-ленинских оков» и демократия задышала полной грудью, сбросив с себя большевистскую удавку. Уже скоро будет 30 лет, как господствовавшая некогда административно-командная система не препятствует развитию культуры и согласно этому утверждению:«Однако  успехи могли быть ещё значительнее, если бы развитию культуры не препятствовала господствовавшая административно-командная система», мы вправе ожидать значительных успехов.

Тем более что народу, действовавшему «вопреки большевистской тоталитарной системе», при нынешних мягких демократических режимах ничто не препятствует развернуться в полную силу. Успехи есть: за эти годы успешно развивался банковский и торговый капитал в Армении, ныне республика богата несравнимой с прошлым периодом разветвлённой торговой сетью, в стране действует большое количество банков, кредитных организаций. Пышет здоровьем финансовый капитал, как «родной»— национальный, так и иностранный.

Оставшиеся в наследство от Советской Армении промышленные предприятия успешно функционируют в руках частных собственников, которые сумели вывести на качественно новый уровень то, что не успело развалиться и распродаться. Разваливалось и распродавалось всё наследие Советской Армении, конечно же, как-то само по себе и в силу своей неэффективности, процесс шёл в 1990-е годы, несущие с собой свободу и возрождение.

Успешно вернулась демократическая свобода и в сферу народного образования, появились частные платные школы, частные вузы – всяк волен выбирать по своему карману. Успешно прошла уникальная операция по погружению в анабиотическое состояние советской армянской науки, которая большей частью из этого состояния самопроизвольно вышла и «почему-то» перешла в фазу умирания.

Кому сейчас нужны всякие богопротивные научные симпозиумы, как например проходивший в сентябре 1971 г. в Бюракане симпозиум «Связь с внеземными цивилизациями», где можно было увидеть таких учёных как академик В. Амбарцумян, профессор Ф. Дрейк, профессор Национальной радиоастрономической обсерватории США фон Хорнер, профессор Ф. Дайсон, член-корреспондент АН СССР И. Шкловский, Ф. Крик – профессор Кембриджского университета, экзобиолог профессор Карл Саган, профессор антрополог Ричард Ли?.. Или кто сегодня будет читать такие новости, что коллектив Гарнийской лаборатории Института космической астрономии во главе с Г. Гурзадяном создал уникальную астрофизичекую обсерваторию «ОРИОН-1», которая была выведена на орбиту 19 апреля 1971 г. в составе первой в мире пилотируемой космической станции «САЛЮТ»?

Затем в Советской Армении была создана обсерватория «ОРИОН-2» установленная на космическом корабле «Союз-13». Интересно, а что стало с электронно-кольцевым ускорителем, сооружённым в Ереване в 1967 году? Этот тот самый ускоритель, в котором был получен пучок электронов, ускоренных до 6,1 миллиарда электрон-вольт энергии.

Были ли связаны эти достижения с развитием производительных сил и народного образования, или всё это происходило волшебным образом «само по себе» и «вопреки»? Куда же тогда делось это волшебство теперь? Почему ничего подобного не происходит в Республике Армении сегодня вот так – «вопреки» и «само по себе», одним усилием единой армянской нации избавившейся от «фальшивого классового разделения»?

В данном обзоре развития народного образования в Армении мы не затрагиваем состояние образования в современной Республике Армении, ограничиваясь 1989-1990 гг., знаменующими собой конец существования СССР. Обзор и анализ жизни школы в современной Армении ждёт своего компетентного и заинтересованного исследователя – заинтересованного не в написании хвалебных од и панегириков или огульном охаивании, а в попытке анализа развития образования в РА с левых позиций.

Площадь Ленина, Ереван

Приложение


Приводим для интересующихся читателей некоторые статистические данные по народному образованию в Армении.

Число общеобразовательных школ по видам в Армении. Таблица приводится на основе данных Советская Армения за 40 лет (Статистический сборник). Ереван, Армянское государственное изд-во, 1960.

*согласно данным: Врацян С. Республика Армения. Ереван, изд-во «Айастан», 1993. (на армянском языке) **согласно данным: Хачатрян Г. Развитие культуры армянского народа в годы Советской власти // Известия Академии наук Армянской ССР. Общественные науки, № 5, 1958. (на армянском языке) и данным: Гарибджанян Г. Великая Октябрьская социалистическая революция и освобождение армянского народа // Известия Академии наук Армянской ССР. Общественные науки, № 2, 1954.

Дневные общеобразовательные школы в Армянской ССР (на начало учебного года)*.

Численность учащихся общеобразовательных школ на 10 000 человек населения (на начало учебного года)*.

Обучение в дневных общеобразовательных школах на русском языке и языках других национальностей (на начало учебного года)*.

Профессионально-технические и средние специальные учебные заведения в Армянской ССР*.

Примечание: обратим внимание читателя на то, что в 1984-85 учебном году численность учащихся в средних специальных учебных заведениях Армянской ССР армян в процентном соотношении к общему числу учащихся составляло 97% соответственно 46,2 тыс. учащихся армян, что было самым высоким показателем в Советском Союзе. Ни одна из других союзных республик не превысила порога 87%: Грузинская ССР – 87%, Азербайджанская ССР – 85%, РСФСР – 80%, Украинская ССР – 72%, Эстонская ССР – 58%, Киргизская ССР -47%, Казахская ССР – 46%. (Народное образование и культура в СССР (Статистический сборник). Москва, «Финансы и статистика», 1989, с. 175.)

Высшие учебные заведения Армении*.

*по данным: Советская Армения за 40 лет (Статистический сборник). Ереван, Армянское государственное изд-во, 1960; Народное образование и культура в СССР (Статистический сборник). Москва, «Финансы и статистика», 1989; для 1920 года использованы данные с официального сайта ЕГУ. Примечание: в 1984-85 учебном году численность учащихся в вузах Армянской ССР армян в процентном соотношении к общему числу учащихся составляло 98% соответственно 56,6 тыс. студентов армян, что опять является самым высоким показателем по СССР. Второе место занимает Грузинская ССР – 88%, Литовская ССР – 86%, РСФСР – 81%, Украинская ССР – 66% и т.д. (Народное образование и культура в СССР (Статистический сборник). Москва, «Финансы и статистика», 1989, с. 226.)

Численность студентов вузов на 10 000 человек населения по союзным республикам (на начало учебного года).

Примечание: для любителей цифр и сравнений отметим, что в 1970-1971 учебном году Армянская ССР занимала первое место по числу студентов вузов на каждые 10 000 человек населения, этот показатель равнялся 214 человек против следующего самого высокого показателя 204 человека в РСФСР. (Народное образование и культура в СССР (Статистический сборник). Москва, «Финансы и статистика», 1989, с. 194.)

Читать первую часть

Автор: Рубен Мхитарян



Источники:

31. Даниэлян Э. Л., Мелконян А. А. Указ. соч. с. 321.

32. Мелконян А. А. Указ. соч. с. 239-240.

33. Худавердян К. С. Культурное строительство в Советской Армении в годы предвоенных пятилеток. // Известия Академии наук Армянской ССР. Общественные науки, № 12, 1960, с. 9.

34. Нерсисян М. Г. Указ. соч. с. 322.

35. Даниэлян Э. Л., Мелконян А. А. Указ. соч. с. 321.

36. Советская Армения за 40 лет (Статистический сборник). Ереван, Армянское государственное изд-во, 1960, с. 145.

37. Нерсисян М. Г. Указ. соч. с. 322.

38. Казахецян В. Н. Армения в 1920-1940 годы. Ереван, Институт Истории НАН РА, 2006, с. 310-311. (на армянском языке)

39. Советская Армения за 40 лет (Статистический сборник). Ереван, Армянское государственное изд-во, 1960, с. 156.

40. Худавердян К. С. Указ. соч. с. 7.

41. Мелконян А. А. Указ. соч. с. 260-261.

42. Там же, с. 261, 264.

43. Казахецян В. Н. Указ. соч. с. 309.

44. Худавердян К. С. Указ. соч. с. 12.

45.Советская Армения за 40 лет (Статистический сборник). Ереван, Армянское государственное изд-во, 1960, с. 186.

46. Худавердян К. С. Указ. соч. с. 12.

47. Казахецян В. Н. Указ. соч. с. 309-310.

48. Там же, с. 310.

49. Там же, с. 310.

50. Там же, с. 307.

51. Труд в СССР (Статистический сборник). Москва, «Финансы и статистика», 1986, с. 143, 148, 154.

52. Народное образование и культура в СССР (Статистический сборник). Москва, «Финансы и статистика», 1989, с. 236.

53. Агаян Ц. П. Победа Советской власти и возрождение армянского народа. Москва, «Мысль», 1981, с. 121-123.

                                                                                                                                                             

Понравился материал?
Поддержи «Политштурм»