Геноцид: сто лет спустя

Politsturm
Politsturm
Геноцид: сто лет спустя

И через 100 лет тема Геноцида армян остается разменной монетой в руках буржуазных элит.

24 апреля 2015 года исполняется столетняя годовщина Геноцида армян в Османской империи. Жертвами совершенной турецкой властью этнической чистки стали тогда около 1,5 миллиона армян. Наряду с этническими и религиозными факторами, трагедия начала ХХ века имеет тесную взаимосвязь с социальными и экономическими процессами в рамках периферии капиталистической системы, в которую к тому времени была интегрирована Турция.

В конце XIX – начале ХХ в. интенсивность погромов и массовых репрессий против армянской общины и других этнических меньшинств Турции неуклонно нарастала, достигнув своего пика в годы Первой мировой войны – когда старые османские элиты страны проходили процесс трансформации в класс национальной буржуазии. В условиях кризиса прежней архаической экономической системы Турции резко возросла экономическая и политическая зависимость страны от империалистических держав, и Турция оказалась в центре жесткой конкуренции в рамках развернувшейся в конце борьбы вокруг железнодорожных проектов германской и британской колониальных империй.

При наличии различных и часто противостоящих друг другу стратегий все ключевые европейские великие державы рассматривали Османскую империю как послушный объект своей борьбы. В частности, к началу Первой мировой войны Россия, Англия и Франция открыто планировали расчленение Османской империи и ее раздел. В то же время Германия стремилась превратить Турцию в ключевой компонент своей зависимой периферии и основное поле реализации коммерческих проектов германского капитала на Ближнем Востоке. Это обстоятельство сделало Берлин важнейшим союзником Турции, заинтересованным в целостности Османской империи, и в дальнейшем предопределило фактическое соучастие Германии в этнических чистках.

Карикатура времен Первой мировой войны.

В этих условиях «Армянский вопрос», как официально именовалось в те годы обсуждение статуса и судьбы армянского населения Западной и Восточной Анатолии, стал фактором давления на Турцию и инструментом в руках империалистических держав, реализовывавших свои конкурирующие стратегии в отношении ослабленной внутренним кризисом страны.

Реакцией на этот кризис стало возникновение движений национальной буржуазии – как правило, в силу периферийной специфики, представленной выходцами из военно-бюрократического аппарата. В Османской империи подобным движением, ставящим перед собой задачу буржуазной модернизации страны, были пришедшие к власти в 1908 году младотурки из партии «Единение и прогресс». Ориентируясь на «передовой европейский опыт», «младотурки» продолжили погромную политику султанского правительства, подняв ее на качественно новый уровень. Одним из важнейших пунктов их программы буржуазной модернизации Турции и стало организованное уничтожение армянского населения Западной Армении. При этом, «младотурки» на практике усилили зависимость Турции от глобальной капиталистической системы и вовлекли страну в самоубийственный конфликт в рамках Первой мировой войны.

Энвер-паша и немецкий генерал Арнольд фон Винклер.

Придерживаясь агрессивной националистической идеологии пантюркизма, младотурки пытались сформировать в Турции монолитную буржуазную турецкую нацию, насильственно унифицировав  религиозную и этническую мозаику Османской империи. Геноцид армян 1915 года стал, в том числе проявлением именно этой стратегии, наряду со стремлением устранить потенциальный пророссийский элемент внутри страны в условиях планировавшейся российской экспансии в направлении Кавказа. Еще одним фактором было стремление обеспечить передел собственности и капиталов путем захвата экономических активов армянского населения, часть которого составляла значительную долю городского среднего класса и предпринимательской прослойки.

Сегодня, 100 лет спустя, дискуссии вокруг «Армянского вопроса» во многом воспроизводят обстановку начала ХХ века. Вопрос признания Геноцида, который продолжает отрицать Турция, остается фактором империалистической политики. Анкара в настоящее время находится в центре внешнеполитических противоречий – в частности, острой конкуренции между США, ЕС и Россией вокруг проектов газо и нефтепроводов, играющих примерно ту же стратегическую роль, что и железнодорожное строительство в этом регионе накануне Первой мировой войны. Это неизбежно делает вопрос признания Геноцида армян 1915 года одним из  факторов этой конкурентной борьбы.

Акция приуроченная дню памяти жертв Геноцида армян 1915 года, Москва.

В то же время, нежелание США и большинства стран Запада признать Геноцид армян также связано с геополитической ролью Турции, которая является членом НАТО и ключевым партнером Вашингтона на Ближнем Востоке. Важную роль в поддержке политики отрицания Геноцида определяют интересы крупнейших западных корпораций, в том числе представляющих военно-промышленный комплекс. В свою очередь сама Турция, сформировавшись в качестве регионального «субимпериалистического очага», активно стремится создать собственную сферу влияния – и в рамках этого курса Южный Кавказ и современная территория Армении, как и сто лет назад, выступают в качестве одного из объектов турецкой экспансии. Это также делает вопрос отрицания Геноцида фактором внешней политики Турции – и, по сути, исключает признание Геноцида армян Анкарой в современных условиях.

Потенциальное признание Геноцида армян неприемлемо для турецких элит уже в силу того, что это неизбежно повлияет на ее отношения с национальными и религиозными меньшинствами страны. Подобный вариант развития событий укрепит позиции курдского населения страны в борьбе за свои права, что неизбежно скажется на стабильности всей существующей в Турции социально-политической системы – поскольку для турецкого капитализма курдское население юго-востока страны выступает в качестве внутренней эксплуатируемой периферии. Кроме того, турецкая элита использует вопрос Геноцида армян для консолидации общества в своих интересах, утверждая, что процесс международного признания Геноцида является исключительно происками внешних врагов Турции.

Но вопрос признания Геноцида армян также является важным элементом внутренней политики для политических элит Армении, а также ряда стран Запада (прежде всего, США и Франции), в которых имеются крупные армянские общины. В нулевые годы «Армянский вопрос» стал одним из факторов поддержания стабильности позиций правящей армянской элиты.

Президент Серж Саргсян, мемориальный комплекс «Цицернакаберд», Ереван, 24 апреля 2015 г.

Первое, ультралиберальное поколение армянского правящего класса, которое пришло к власти в начале 1990-х годах было занято приватизацией экономических активов страны и укреплением собственного господства. В то же время правящая группа, которая пришла к власти в 1998 году, взяла на вооружение консервативную и национальную риторику, используя в своих интересах необходимость включения вопроса международного признания Геноцида в число приоритетов внешней политики Армении. Новое поколение армянской буржуазии также стремится обеспечить подобным путем большую стабильность правящего режима. В результате проблематика Геноцида была интегрирована в официальную пропаганду и политику, помогая обеспечить сохранение неолиберального курса в социально-экономической сфере.

Таким образом, и через 100 лет тема Геноцида армян остается разменной монетой в руках буржуазных элит. Полноценное и справедливое урегулирование этого вопроса практически нереализуемо в условиях капиталистической системы, которая сделала возможным совершение этого преступления. Урегулирование сложного переплетения межнациональных противоречий возможно только в рамках общности, основанной на принципиально ином, антикапиталистическом базисе.

Автор: Давид Арутюнов




Great! Next, complete checkout for full access to Политштурм Армения
Welcome back! You've successfully signed in
You've successfully subscribed to Политштурм Армения
Success! Your account is fully activated, you now have access to all content
Success! Your billing info has been updated
Your billing was not updated